Основы успешного развития

Ну и вернемся, друзья мои, к психиатрической больнице. Это было интересно. Есть такая психиатрическая шутка:
«Один спросил другого:
— Ты психиатр?
— Почему ты спросил?
— Значит, психиатр».
Как ни странно, меня там избрали председателем совета больных. Вы улыбаетесь, я вижу. Мне приятно, когда вы улыбаетесь. Вообще я сужу о пользе своих занятий но тому, как растет у людей чувство юмора. Если они не улыбаются — становится страшно. Если человек не улыбается — значит, он мертв. Постепенно к концу занятий они начинают улыбаться, они оживают, они становятся радостными и добрыми. Вот вы знаете, отличительный признак слушателей нашей Школы — духовность, душевная сердечная доброта и улыбчивость. Это самое главное. Христос говорит — будьте совершенны, как Отец. А Отец — любит, Он строг, но Он любит и Он отдаст все, что у него есть ради того, чтобы Его сын, Его дети были счастливы. Но если Он знает, что это повредит, Он не даст, если Он знает, что нужно это тебе. Тогда говорит Он тебе, что, дорогой, надо пострадать для твоей же пользы.

Сейчас я хочу узнать и ваш опыт, и ваши чувства, и переживания. Видите, я говорю о переживаниях, а не о знаниях книжных, они меня не интересуют, потому что наша Школа жизни — это не какая-то книга, которую можно взять и прочитать на досуге. Это опыт, сокровенный, тайный опыт, мой сердечный опыт и поэтому я вас очень прошу отнестись к нему серьезно, так же сокровенно. Если же вы будете нарушать, то вы будете наказуемы, потому что Господь, если ты сам себя не защищаешь, если ты открыт миру, если ты искренен, ты несешь то, что у тебя есть, то Господь сам тебя защищает, и наказывает строго этих людей. Он говорит — раз ты не осуждаешь этих людей, значит, этим займусь Я. Если ты хочешь сам их наказывать, Я посмотрю, что у тебя из этого получится. Мы будем говорить о путях Божественных, будем подводить некоторые итоги, хотя, если, конечно, их возможно подвести, потому что это ступени, которые ведут в бесконечность, и наша школа — это ступе ни, это фундамент, это корень, который нужно пустить здесь, чтобы расцветать там. Мы такие же бренные, больные, страдающие люди, которых бьют, которых мучают и мучают больше, но для нас все выросло в праздник, каждый день праздник, сейчас праздник. Сейчас светит солнце, остались золотые листочки висеть на деревьях. Утро. Рынки забиты, люди со страстью и вожделением бегают, покупают, набивают холодильники, волнуются, а жизнь идет как будто сама для себя создана. Вот небо, облака, птицы, вот кот-Мурлыка ходит, я не знаю, где он живет, он просто живет, жизнь идет. Сама по себе. Мы больны и то сознание, что вас окружают больные люди, что вы находитесь в какой-то громадной психиатрической клинике будет преследовать, и это нормальное состояние. Я всегда думал, в чем дело? Может быть я дурак? Я не вписываюсь в этот мир, или этот мир, я имею в виду человеческий мир, не вписывается в меня, мир ненормален? Это очень тяжелый, очень серьезный вопрос для ищущего, он всегда становится на его пути. И ответ только один — мир болен, мир окружающий нас — это большая психиатрическая больница, все идеи, все их политические игры, государственные и так далее — это бред. Он никогда не принесет нам радости, покоя и благополучия. Это игра, причем игра на том уровне, когда человек испытывает удовольствие от того, что другим плохо, от того, что другие зависят от тебя, что они мучаются. Они издеваются над нами и Бог им судья, мы не будем включаться в их игры, мы будем выключать бесконечные передачи о том, где Президент, что кому он сказал, и зачем он сделал что-то. Я не пойму себя, я до сих пор задаю себе вопрос, может быть я действительно болен, я не пойму зачем мне нужно, скажем, поездка Президента в какие-то страны, беседы, договоры, зачем мне нужно слушать каждый вечер передачи о преподобном учителе Секо Асахаре. Я ничего не хочу сказать плохого о нем. Но где мое родное, где русское? Я не пойму, зачем мне нужны тонны информации? Почему мы забыли о Святых Отцах наших? Ведь у нас есть деды, есть отцы, есть праотцы, они жили, они страдали, они мучались, они где-то похоронены, почему мы ничего не знаем о них? Почему мы не молимся о них? Потому что нас привлекают конфетки из-за границы?

В психиатрической клинике мне повезло — я увидел и воспринял весь театр человеческих недр. Сейчас мне достаточно даже сотой доли секунды, чтобы понять, что с человеком, мне это очень помогает разбираться. Я благодарен этому опыту. Вы не можете представить, что там делается. Такие разнообразные ступени страданий психических испытывает там человек и я вам хочу сказать, что психиатрические больницы — это лицо нашей цивилизации. Но на самом деле то, что вокруг нас — это не цивилизация, а полуцивилизация, она еще не вступила в эпоху цивилизации, то что мы называем человеком, это еще не человек. Человек начинается, когда у него открывается центр духовный, который отличает его от животного. Но три низших центра: первый центр находится у основания позвоночного столба, второй центр — пять сантиметров под пупком, третий центр — солнечное сплетение, эти три центра существуют и у животных. Мы начинаем отличаться от животных только сердечным — анахатой, этим духовным центром. И вот когда он начинает работать, тогда человек рождается. Наша цивилизация живет ниже этого центра, на уровне страсти, ненависти, пожирания, вожделений и так далее. Я много беседовал с психиатрами в больнице и за ее пределами. Это очень интересные люди. Я понял, что когда человек долго занимается чем-то, то он неизбежно получает деформацию, болеет тем, чем занимается. Другие дела—искусство, которое совершенствует человека. А искусство может быть во всем. Искусство пахать землю, мести улицы, забивать гвозди — все может быть искусством. А то, чем все занимаются — это наказание самих себя. И вот эта работа воздействует на человека. Через два—три года человек становится похожим на то, с чем он работает. Я много разговаривал с разными людьми — с сексопатологами, с психиатрами, с философами. И потом мне было интересно, я всегда со всеми разговариваю и хочу что-нибудь узнать и подчеркнуть для себя.

Сейчас работники нашего института нашли такую форму деятельности — они ходят и проповедуют Божье Слово, несут свою любовь, несут свою нежность в больницы, тюрьмы и это я считаю важнее, чем какие-то лекции, какие-то собрания, где все пресыщены знаниями и объединением, и всякими дурными помыслами, сидят и говорят — дайте нам что-нибудь новенькое, погорячее для наших мозгов. Может быть, это не очень нравственно, что мы начинаем проповедовать, вести работу среди людей, которые загнаны в тупик, но именно в тупике человек начинает думать о своей жизни и именно эти тупики преобразуют его. Ну нет другого способа, пока ты не ударишься лицом о земь, грязь, боль, пока ты не начнешь кричать — караул, больно, плохо — ничего не будет, никакой эволюции. Эволюция — это путь от страдания к озарению, от озарения к страданию, но с каждым шагом у тебя больше сил для преодоления препятствий и мучений.

Я очень рад, что Господь мне дал эти испытания. Мои друзья отнесли мои работы в КГБ и там узрели в них нечто антисоветское и начался процесс по моему выдворению из училища, кстати, я учился отлично. Единственным местом, которое могло стать оправданием для моего исключения была психиатрическая больница — я попал туда.
И я благодарю Бога, что так случилось, потому что для меня это не прошло даром. К тому времени я очень много и подробно читал о психологии и психиатрии. Как и Фрейд, они (психиатры) запутались в потемках низких сфер человека и не могут распутаться до сих пор. Психиатрия находится в страшном состоянии, как и вся наша медицина. Я считаю, что это — проявление антихриста, причем, очень умелое. Я вырос в семье медиков и знаю, что такое медицина, недаром говорится, что лечение в больнице может выдержать только здоровый человек, потому что нужно иметь много сил, чтобы принять это лечение. Психиатрия — это вообще странная вещь. Это источник и рычаг угнетения. Тот, кто не сталкивался, тот кто не видел, что делается за стенами этих заведений, он никогда не узнает, что есть другие миры. Кстати, мне приходилось работать некоторое время с заключенными, которые долгое время провели за проволокой и это тоже — другой мир, другая вселенная.

Но вы должны знать, что в то время не было никакой литературы кроме, скажем, звездного атласа или нескольких листков из книги Леви. «Искусство быть собой», где предлагались опыты вхождения в предметы типа: «я — чайник» или «я — авторучка», «я — утюг» — сейчас к этому труд по относиться серьезно. Но свою роль информация о духов ном пути, которая постепенно стала прибывать, все-таки сделала, ибо она, как потом показал опыт, рассказывала о том, что не нужно делать. Я написал автономный интересный труд, правда, он у меня не сохранился, потому что дальше события разворачивались, как в детективе. Наши ближние — наши враги. Христос говорит — враги человеку ближние его, они не дают ему стать совершенством и, если мы получаем удары, то получаем их от близких, от друзей своих. Дальний бьет — мы от него можем скрыться, а ближней бьет — он попадает в десятку, для ближних мы открыты — они видят, куда бить и как бить, и мы не можем от них страховаться (мы будем говорить об этом дальше, как нам жить с нашими ближними). Через них дьявол осуществляет свою миссию — не дать нам стать совершенством, причем, особенно он активизирует свои действия, когда мы начинаем что-то делать. Я написал несколько теорий очень важных для меня, потом нашел «свои» мысли в работах Ауробиндо, и это было доказательством того, что знания существуют вне книг. Не обязательно читать, не обязательно слышать, не обязательно с кем-то встречаться, знания существуют во всем, Господь нам открывает эти знания. Можно не читая ничего, трактовать, писать, работать и открывать великие Истины, что часто происходило с подвижниками и Святыми отцами. Это говорит о том, что Дух — един и, когда Он проникает в человека, то безусловно трансформируется через него наружу. Он проходит через разум, то каждый человек получает знание, но излагает по-своему. Я был поражен, когда открыл самостоятельно четыре истины, а потом узнал, что у Будды они есть и похожие, как 2 капли воды. Слова — интегральная, духовная энергия в те времена не звучали, но уже в те времена был Ауробиндо, поток его мыслей находился вокруг, его сознание было уже раскрыто людям, тем, кто мог слышать.

Ушел из института, потом попал в военное училище — это особый период, было очень трудно так. Но именно там меня посетили, я считаю, Божественные великие Озарения, именно в этой тьме. Как пишет Сатпрем, что к нему Высшее сознание пришло в концентрационном лагере среди этого ада и мук, и боли, так и мне пришло там многое, открылось, но оно было еще неосознанным, оно было еще непонятным. Все приходило спонтанно. Неизвестно, куда было девать все это, оно просто приходило. Там я написал несколько теорий, главные из них: теория разума 4-й ступени; золотая теория эволюции; теория интегральной духовной энергии, теория нравственного совершенствования (один к одному подходит к буддийским канонам).